В Новосибирске

«Не завидую главам муниципалитетов»

В Новосибирске - «Не завидую главам муниципалитетов»

Фото:
Konkurent.ru

Большинство юристов, представляющих дела в суде, — харизматичные личности, умеющие приковать к себе внимание окружающих и заворожить словом. Им присущ острый ум, несбиваемая логика, подкрепленная знанием законодательной базы, умение управлять своими эмоциями и способность влиять на мир других людей. У Виктора Храброва задача еще сложнее: с недавних пор ему доверили Главное управление Минюста Дальнего Востока, а значит, он должен, выстроив отношения абсолютно со всеми институтами общества, стать лидером Дальнего Востока в своей области не только по статусу, но и профессионально и ментально.
— Виктор Александрович, в феврале текущего года в связи с решением президента о переносе столицы Дальневосточного федерального округа территориальное управление Минюста одно из первых органов власти переименовано и теперь является Главным управлением. Уже освоились во Владивостоке?

— Вполне. Владивосток — очень живой город, а люди здесь весьма активные. Хотя есть и свои и недостатки. Например, мне часто не дают прямые ответы на вопросы. «Да — нет», «нет — да», «ну вы же понимаете, прямых решений нет…» В Сибири сразу говорили либо «да», либо «нет». Другой момент — дороги. В Новосибирске они прямые, наверно, даже школьник разберется, куда ехать. Во Владивостоке же поворот на повороте (улыбается), разобраться, как работает эта транспортная система, сложно.
— Приморье на протяжении трех десятилетий считается чуть ли не самым коррумпированным регионом в стране. Когда министр юстиции Александр Коновалов предложил вам должность руководителя главка, он напутствовал о серьезной борьбе с этим злом и вообще — быть осторожным?

— Министр так не говорил, но есть у него сотрудники, которые понимают специфику региона и даже знают выходцев из Приморья. Они говорили, что регион очень сложный, но интересный. Мне кажется, нормальная оценка.
Вообще, нужно понять, что не так. В Новосибирске первое, что меня поразило, — отношение к безопасности при езде на автомобилях. Скоростной режим был запредельный. Минимум 100 км/ч. И это в самом городе. Плюс большинство водителей не пристегивались, а машины тонировались в круг. Будто окунаешься в мир сплошного хаоса и криминала. Постепенно, шаг за шагом, вся эта желчь утекла. Вместе с ней исчезли бравада и пафос. Ключевую роль здесь сыграло ужесточение правил дорожного движения. Да и вообще во многих сферах. Теперь смотришь и радуешься. Сначала центральная часть России окультурилась, за ней сибирские регионы…

— Владивосток только-только выползает из-за «Зеленого угла», но «специфический класс мелких бесов, питающихся чужой болью», в городе очень большой.
— Я и говорю: приезжаешь из Новосибирска, и как будто время отматывается назад. Но это все пройдет. Все меняется.
В Новгороде и Новосибирске даже ребята с определенной внешностью ушли за кулисы, цивилизовались. Другим уже не нужны блатные госномера и «Кадиллаки». В Новосибирске жители даже стали вести себя по-другому. Это очень серьезно, и я считаю, что Владивостоку очень сильно повезло. В связи со столичным статусом пройдет, условно, год-два, и мы все увидим другое качество жизни.
«Сокращаем логистику»

— На ваши плечи легла тяжелая ноша, — внимание к Владивостоку пристальное. Какие вам поставили задачи?
— Задачи остались традиционные для всей системы Минюста России. Прежде всего это экспертиза нормативно-правовых актов. Например, на уровне субъекта Федерации экспертизе подвергаются все нормативно-правовые акты, издаваемые органами государственной власти, а также уставы муниципальных образований. К нашей компетенции относятся вопросы, связанные с полномочиями по контролю и надзору за деятельностью некоммерческих организаций. Только в Приморском крае их более 3000, а на всей территории ДФО их насчитывается около 14000.

Одним из новых направлений деятельности Главного управления на сегодняшний день является координация деятельности подведомственных Минюсту России служб и учреждений — службы судебных приставов, службы исполнения наказаний, лаборатории судебной экспертизы. Мы также наделены полномочиями по контролю в сфере адвокатуры, нотариата, органов ЗАГС, занимаемся вопросами международно-правовой помощи.
Что такое международно-правовая помощь? На обычном примере: человеку необходимо восстановить данные об образовании, о стаже работы, о вступлении в брак или разводе или других отрезках жизни за рубежом — это все идет через соответствующие конвенции, соглашения, участником которых является государство. Могут быть судебные поручения, выполнение тех или иных процессуальных действий. Но они исполняются сами знаете сколько времени. Мы же сокращаем логистику, соответственно, и время. На сегодняшний день выполнено более 1200 международных пакетов в ДФО, на следующий год планируется порядка 3–5 тыс.
Другой момент: Министерство юстиции является уполномоченным органом по реформированию рынка профессиональной возмездной, то есть платной, юрпомощи, и в недалеком будущем практически все небюджетные частные юристы, которые оказывают помощь, будут иметь статус адвоката. «Адвокатская монополия» не совсем правильная формулировка, но таким образом и будет.
— Хотите сказать, что юристы исчезнут как класс?

— Юристы будут, но только на предприятиях. Мы сейчас стали говорить о квалифицированной юридической помощи. По Владивостоку не готов сформулировать, но в Сибири квазиюридические услуги были одной из самых больших бед. Люди, которые не имеют юридического образования, вводили других людей в заблуждение, зарабатывая на этом. Чистой воды мошенничество. В конечном итоге человек платит сумму, равную или даже больше той, что должен финансовому кредитному учреждению, и финансово-кредитному учреждению он кратно больше становится должен, потому что там рассрочка, проценты и так далее. Совсем уже вопиющие случаи — это нажива на людях преклонного возраста, инвалидах, участниках ВОВ. Вот реформа и будет нацелена на битву с этими так называемыми юристами.
В качестве инструмента будет использоваться ФЗ «О бесплатной юридической помощи». В рамках уголовно-правовых отношений законодательством всегда была предусмотрена профессиональная юридическая помощь. И государство пошло на то, чтобы услуги для определенной категории людей тоже были бесплатны. В Приморье, например, в бюджете на это заложено примерно 2 млн рублей. Вопрос в их освоении и в эффективности работы адвокатов в этом направлении. Дело в том, что большинство регионов имеют расширенный список, кто может получить квалифицированную юридическую помощь. А в Приморье его нет. Например, участники долевого строительства. Человек не понимает, почему дом не строится. Что он делает? Идет с агрессией на власть. И адвокат может помочь снять напряженность, дав за счет бюджета грамотную консультацию дольщику.
Я не завидую главам муниципалитетов. Они отвечают буквально за все: наводнения, пожары, наличие лекарств, подготовка к 1 сентября и т. д. и т. п. Все это наваливается на них, и они порой не понимают, что есть цивилизованный инструмент для разрешения ситуации. Но банальная неосведомленность портит им репутацию.
Вы спросите: а как же адвокаты, почему они не зарабатывают эти деньги? На мой взгляд, для адвокатов до сих пор это как некий юридический субботник. Но ведь закон появился не с потолка. Минюст и Правительство РФ для его основы взяли схему Финляндии, где созданы специальные центры бесплатной юридической помощи. И в России, в некоторых регионах, есть госюрбюро. Десятки тысяч людей получают помощь. То есть закон работает, и Приморью придется включаться.
«Законодательство будет только подстраиваться»
— Почему в России издается закон, а потом к нему в дополнение принимаются в неисчислимом количестве поправки?

— Территориальное управление Министерства юстиции и главки ведут федеральный регистр, куда включаются все нормативно-правовые акты. Хочу отметить, что по сравнению с прежними временами подготовка качества документов повысилась значительно. Это важный момент.
Известный экономист Александр Аузан провел исследования, связанные с экономическим рывком стран Юго-Восточной Азии. Да, особенность роста заключалась в определенных подходах, менталитете. Но успех принесла в большей степени детализация и регламентация деятельности. Поэтому и Россия стала принимать схожие регламенты, механизмы, которые позволяют достаточно четко создавать новые законопроекты на федеральном, региональном и муниципальных уровнях.
По поводу вашего вопроса. Я вас разочарую, но совершенного законодательства нет и быть не может. Придумать какую-то идеальную конструкцию, наверное, невозможно. Потому что жизнь течет быстро, стремительно развиваются технологии. Законодательство будет только подстраиваться.
— Сейчас на слуху так называемая регуляторная гильотина. Но ведь много старых и неработающих подзаконных актов на региональных уровнях. Есть ли у вас задача провести мониторинг местного законодательства?
— Есть такое не очень благозвучное на русском языке японское слово «мута» — это отсечение всего лишнего. Я сторонник этого подхода — отсечь все лишнее, старое и неработающее. В Приморье Минюст проводит в год 1800 экспертиз НПА, МПА, постановлений и т. п. Нарушений там всего 1%. Но когда производим повторную экспертизу или мониторинг правоприменения, ляпы вылезают со всех сторон. Почему? Потому что изменилась среда, практическая сторона той или деятельности столкнулась с новыми вызовами. А законодательство устарело.
Мониторинг правоприменения — сложный процесс. Надо понять, как тот или иной нормативно-правовой акт действует в пространстве и во времени. Приняты ли подзаконные акты, есть ли судебная практика, вплоть до того, какое отношение к закону в обществе. И мы это будем делать. На мой взгляд, в России необходимо также восстанавливать институт независимых экспертов. Он есть, но фактически не работает. Наверное, потому, что труд не оплачивается, да и вообще — проще выразить свой негатив публично, обвинить во всем власть.

«Это не каждому дано»
— Вы уже полностью укомплектовали свой штат?
— Практически. Добираем последних специалистов. Самое сложное во Владивостоке, как и везде, найти того, кто сможет проводить экспертизу нормативно-правового акта. Проще всего научить надзорной деятельности: какие документы необходимо запрашивать, как это регистрировать, какую юридическую услугу оказать, а вот видеть качество документа — это не каждому дано.
— Как вышли из ситуации?
— Искали везде, где только можно было. Среди выпускников вузов, правоохранителей, чиновников. У нас достаточно нешаблонная работа, интересная, творческая. Люди себя находят и хотят здесь работать. Плюс Министерство юстиции всегда было знаком качества. Если человек работал здесь, он везде будет востребован.
— Традиционная система образования была хороша для мира, который не менялся десятилетиями, сегодня же компетенции специалистов устаревают буквально на глазах. Студента выучили, он приходит на производство — а там уже и оборудование новое, и программы другие, и технологический цикл изменился до неузнаваемости. Получается дорогой пришелец из прошлого. С юристами то же самое?

— В Советском Союзе высшее юридическое образование можно было получить в порядка 150 вузов. Поступить туда было архисложно. Отбор был сумасшедший, и, как правило, студент с первого курса прикладывал усилия на практике. В наших уважаемых вузах я обратил внимание на то, что значительное количество детей идут учиться по велению родителей. Более того, образование платное. А кто платит, тот и танцует. В итоге от момента поступления до получения диплома на потоке остается максимум 50%. Причем уходят не только с 1-го курса, не со 2-го курса, а прямо во время защиты диплома. Они понимают, что не готовы работать в этой сфере.
Вместе с вузами мы пытаемся изменить ситуацию. Использовав ту же бесплатную юридическую помощь. В негосударственной системе есть такой важный игрок, как юридические клиники при высшем учебном заведении, где обучаются юристы. В юрклинике, с одной стороны, студенты под контролем педагога закрепляют свои теоретические знания на практике, с другой — оказывают помощь по правовым ситуациям. Я абсолютно уверен, что человек, который сам оказал какую-то квалифицированную юридическую помощь в реальной ситуации, не по учебнику, запомнит это на всю жизнь. Получит вкус к профессии и поймет, туда ли он попал.
«Не пустой звук»
— В связи с наделением новыми полномочиями где будет располагаться Главное управление?
— Распоряжением Территориального управления Росимущества в Приморском крае управлению на праве оперативного управления передан комплекс зданий, расположенный по ул. Светланской, 53. Переданные помещения представляют собой три объекта культурного наследия регионального значения, а именно здание жилого дома, второй этаж «кондитерской Кокина» и здание «Доходного дома Бюргина», два из них выходят окнами на улицу Светланскую и формируют архитектурный облик главной исторической улицы Владивостока.
Построены здания в конце XIX — начале XX века. Точная дата постройки определена только для «Доходного дома Бюргина», построенный в 1893 г. Он относился к так называемым многофункциональным доходным домам, в которых располагались конторы и магазины на первых этажах, а также жилые квартиры в верхних этажах помещения. Одну из таких квартир занимал сам владелец здания, другие сдавались в аренду.

В отдельно стоящем здании, которое выходит окнами на центральную улицу города, в начале ХХ века находилась очень популярная кондитерская Кокина, затем кофейня и кондитерская «Олимпия» с бильярдной, затем столовая, кафе «Театральное», ресторан «Светлана», аптека, магазин. В начале 90-х годов здание было закрыто и пустовало.
В здании жилого дома с 60-х годов располагались корпуса Дальневосточного государственного технического университета им. В. В. Куйбышева. Помещения занимал Гуманитарный институт, включающий факультеты западноевропейских языков (английский, немецкий, французский), культурной антропологии и международный факультет (обучение русскому языку как иностранному). В 2011 г. при реорганизации ДВГТУ помещения были переданы Дальневосточному федеральному университету и по назначению не использовались.
В настоящее время Главным управлением проводится подготовка к выполнению ремонтных работ с соблюдением всех норм и требований к выполнению работ на объектах культурного наследия, с привлечением специализированных проектных и строительных организаций города. Мы обязательно реанимируем здания. Это будет вклад городу от федерального органа. Для меня это не пустой звук. Я родился и вырос в городе более чем с тысячелетней историей — Великом Новгороде. Мне импонирует все, что связано с историей, архитектурой. Поэтому процесс возьму под свой личный контроль.
— 3 декабря — День юриста. В чем смысл профессии?
— Вообще это защита прав и законных интересов граждан, предприятий, общества. Очень большой пласт работы. Со специальностью юриста можно работать и следователем, и прокурором, и адвокатом, и судьей, и юрисконсультом на предприятии.
Сегодня Министерство юстиции — это многофункциональный правовой орган государственной власти, в котором трудятся профессионалы, отличающиеся не только хорошими знаниями, но и обостренным чувством социальной справедливости, сострадания и личной безупречности, которые в полной мере соответствуют принципам, заложенным первым министром юстиции России Гавриилом Романовичем Державиным. Он был министром 13 месяцев и был уволен с уникальной формулировкой: «За излишнее усердие». Лучше его слов о профессии просто нет. Он говорил: «Ваш долг есть сохранять законы, на лица сильных не взирать. Без помощи, без обороны сирот и вдов не оставлять». Мне кажется, это самое важное в нашей профессии.

Вас также может заинтересовать...