«Билет в жизнь»: самарские волонтеры дают бездомным второй шанс

В Екатеринбурге - «Билет в жизнь»: самарские волонтеры дают бездомным второй шанс

Фото:
Волга Ньюс

Сначала была еда

«Меня зовут Даниил Козлов, и я представляю проект «Пища жизни». Мы помогаем людям, которые попали в трудную жизненную ситуацию — снабжаем их одеждой, едой медикаментами, и уже около четырех лет раздаем на улице горячее питание», — рассказывает мне бородатый мужчина в одноразовой поварской шапочке на голове, сидя в кафе Movelu. За стеной, на кухне, тем временем около десяти человек готовят и сортируют по контейнерам и бидонам суп и гречку с сыром и овощами. Еду доставляют адресно, а также раздают два раза в неделю всем желающим на ул. Ташкентская, 107 и в Сквере авиаконструкторов (около «Птичьего рынка»).

«Еду мы раздаем не порционно, а столько, сколько нужно — люди приходят с бидонами и могут набрать с собой на несколько дней», — говорит Даниил и добавляет, что востребована такая помощь отнюдь не только среди бездомных. Постоянные «клиенты» — старики, женщины с детьми, многодетные семьи и даже студенты.

«Вы спросите — как это связано с приютом? — останавливает сам себя Даниил и сам же отвечает, — «Пища жизни» — это наш генеральный партнер, также я представляю общественную организацию «Общее дело» — она занимается благотворительностью в более широком смысле. Наши волонтеры от «Общего дела» посменно приходят готовить еду для «Пищи жизни» на кухне этого кафе. Вот как раз раздавая еду, мы увидели, что некоторые люди получают ее и возвращаются к себе не понятно куда — под мост или на теплотрассу, или в подъезд, и у них действительно нет крова. Так и появилась идея этот кров для них создать».

Дом в селе Торновое, а это простой деревянный деревенский дом, под приют готовили около двух месяцев — на пожертвования. Изначально в нем не было воды и не работала печь, а участок вокруг него был покрыт густым бурьяном. Волонтеры очистили участок, пробурили скважину глубиной 60 м (только на это потребовалось 120 тыс. рублей). Потом восстановили печь. Теперь порядок в доме поддерживают сами жители, они же заготавливают для себя дрова, чистят снег.

В будущем волонтеры намерены выкупить этот дом и построить рядом с ним — благо, земли достаточно — модульное быстровозводимое помещение. Пока же под заселение готовится второй дом — там уже провели электричество и делают косметический ремонт. В планах на ближайший год — заселить в два дома 10 человек. Дома небольшие, но вполне уютные, хоть пока и не до конца обустроенные.

Дома, по сути, в безвозмездную аренду волонтерам предоставил один из жителей Рождествено всего с одним условием — «держать в порядке и не сжечь». Еще один неравнодушный человек вызвался снабжать средствами на покупку медикаментов, еды, обеспечение транспортом.

«У бездомных ведь очень много проблем со здоровьем — от обмороженных пальцев и грибка до чего-то посерьезнее», — рассказывает Даниил и добавляет, что в больницах таким пациентам не очень-то рады. Поэтому волонтеры обрабатывают им раны сами.

«Перевязки делает дежурный, который живет рядом с приютом — в соседнем доме, можно сказать», — рассказывает Даниил Козлов, а после уточняет, что «соседний дом» находится в соседнем селе — Рождествено. Кстати, дежурный и сам — бывший бездомный, но благодаря добрым людям он смог встать на ноги и сейчас работает водителем, а попутно помогает тем, кто оказался в таком же положении.

Про стыд и тягу к спиртному

«Нужно понимать, что в основном люди оказываются на улице из-за какой-то экстренной, шоковой ситуации, а потом чаще всего начинают пить. Поэтому к нам они обычно приходят уже с определенной зависимостью. И наша первая задача — снизить потребление алкоголя», — объясняет Даниил.

В приюте пить нельзя. Но это зачастую и становится камнем преткновения и самой большой проблемой, потому что не получив алкоголь люди попросту уходят.

«Сейчас зима — не уходят. Но все очень разные, каждый — со своей историей. Кому-то действительно нужна крыша над головой, а кому-то хочется такой «романтичной» жизни, и они в приюте не задерживаются, — рассказывает Даниил Козлов, невесело улыбается и продолжает. — Вот я сейчас сюда ехал, позвонили из приюта и говорят, что надо купить полоски-индикаторы для измерения сахара в крови. Мы глюкометр купили ему уже. Как правило, причина высокого сахара в крови — это тоже употребление алкоголя. Сейчас он уже не выпивает. Потому что мы не наливаем. А в начале, когда они приезжают — просят. Ведь это физиологическая зависимость: у организма уже белковая денатурация, и он не может воспринимать еду в такой форме, как мы привыкли. И приходится иногда грамм от 30 до 50 дать. Но потом организм восстанавливается».

Общественная организация «Общее дело» была основана для того, чтобы пропагандировать здоровый образ жизни — отказ от алкоголя, табака и наркотиков. Члены объединения проводят различные профилактические акции и мероприятия по продвижению здорового образа жизни — особое внимание в работе уделяется молодежи.

Где люди, которым нечего есть и негде жить, берут деньги на алкоголь? Ответ на этот вопрос многие из нас видели на улицах — попрошайничество.

«Они говорят — мы можем за час насобирать 100 рублей. Если надо 500 рублей, будут пять часов собирать. То есть эти люди полностью автономные и могут выжить в любой ситуации, и деньги собрать. Просто им деньги нужны для того, чтобы выпить, как правило», — говорит Даниил и добавляет, что тяга к спиртному далеко не единственная причина ухода из приюта.

Им вообще тяжело принять, что есть люди, которые могут бескорыстно, ничего не прося взамен, что-то им отдавать

«Почему они еще могут уходить? Потому что испытывают социальный стыд. Дело в том, что в своей микрогруппе они все равны, а некоторые даже могут доминировать. А здесь мы им вроде помогаем, даем что-то, и они чувствуют себя обязанными из-за этого. Хотя мы не просим ничего. Но человек уже психологически дискомфортно себя чувствует. Им вообще тяжело принять, что есть люди, которые могут бескорыстно, ничего не прося взамен, что-то им отдавать», — объясняет волонтер.

Приезжая в приют, бездомный получает «свой угол» с кроватью, чистой одеждой, возможностью помыться, поесть, а главное — возможность выйти из замкнутого круга, оглядеться и попробовать что-то изменить в жизни. Волонтеры помогают своим подопечным с восстановлением документов, а в будущем надеются помочь и с работой. Отсюда и название проекта — «Билет в жизнь».

«В принципе, идея в том, чтобы со временем вернуть людей к нормальной жизни, предложить им оплачиваемую работу. Например, в том же Рождествено и Торновом есть клубничные фермы, яблоневые сады, и людям нужны рабочие руки, сотрудники для заготовки сена. Опять же, мы на земле рядом с самим приютом хотим летом обустроить клубничную ферму — его жильцы смогут за ней ухаживать, а мы за это им готовы платить», — делится планами Даниил Козлов.

В этот момент один из волонтеров приносит нам по большой тарелке супа, который приготовили для раздачи нуждающимся. На мой вопрос о том, не обделим ли мы кого-то своим обедом, Даниил объясняет, что еды готовится много и с расчетом на то, чтобы и волонтеры тоже пообедали.

Оказывается, что вся еда — вегетарианская, и этим тоже не все бывают довольны. Хотя все очень вкусно, включая и самодельный бездрожжевой хлеб. Но как выяснилось, не все готовы отказаться от мяса — даже ради крыши над головой. Поэтому волонтеры подстроились и привозят в приют помимо готовой еды еще и консервы.

Про людей, которые никому не верят

По словам Даниила, порой людей приходится уговаривать и убеждать в безопасности предлагаемой им помощи.

«Бездомные зачастую очень недоверчивы, и их можно понять. Например, один человек рассказывал о том, как жил в так называемом «рабочем доме» — люди там живут, их возят на работу, а взамен предлагают только еду. А человеку этому нужны были деньги, чтобы вернуться в Екатеринбург. Он из такого дома ушел, мы нашли его на газоне, купили ему потом билет и отправили домой», — вспоминает Даниил, а затем добавляет, что бывают гораздо более трагичные истории.

«Бывает такое, что людей отводят на какие-нибудь заводы, торгуют ими как бесплатной рабочей силой — у нас человек жил, и он рассказывал, что его увезли, напоили чем-то, а очнулся он на кирпичном заводе, где три месяца работал и не мог оттуда сбежать. Я думаю, может, и не стоит такими историями людей пугать. Но и это бывает. Такие случаи приводят к тому, что люди боятся куда-то ехать, когда им предлагают помощь», — рассказывает волонтер.

Некоторые случаи даже у волонтеров с опытом вызывают шок. Один из бывших постояльцев приюта, отправляясь туда с холодной улицы, пытался взять с собой даже мусор, и долгое время отказывался снимать с себя грязную одежду.

«Потому что это — единственное, что у него есть. Это его привычная среда, его дом, — объясняет Даниил. — Тогда я понял, что многие люди, в том числе и я, тоже очень привязаны к материальным, привычным вещам. Нам предложи что-то новое, и не факт, что мы будем готовы на это согласиться, даже понимая, что оно лучше. Просто у нас это обычно касается машин, квартир… А у них — грязной одежды. Да, для нас его поведение кажется неприемлемым, а для человека это выглядит как попытка отнять все, что он имеет».

Правда, к сожалению, впоследствии этот человек попросил из приюта его увезти — сказал, что ему там не комфортно. И его отвезли обратно. На теплотрассу.

На вопрос о том, приходится ли встречаться с агрессией, Даниил объясняет, что склонных к этому сразу видно, но это редкость. Помимо этого, волонтеры оповещают полицейских о том, что привозят человека, и с ним проводят беседу правоохранители.

«Бывает, что люди просятся в приют, потому что скрываются от правосудия. Этого мы тоже не допускаем. Полицейские проверяют по документам или отпечаткам пальцев каждого нашего нового постояльца», — рассказывает волонтер.

Жизнь на улице, сопровождаемая изрядным употреблением спиртного, конечно, меняет людей, и в большинстве своем жители приюта нуждаются в психологической помощи и поддержке. По словам Даниила Козлова, с постояльцами уже работает психолог. Договориться удалось со студентами и выпускниками психфака Самарского университета.

Путь домой

Поскольку приют находится на правом берегу Волги, то добраться до него можно или по воде (льду), или в объезд — через плотину. Первый вариант, конечно, гораздо быстрее. Переправа занимает около 10 минут.

Так, мы с Даниилом и 20-литровым бидоном гречки отправляемся в путь. По дороге останавливаемся у аптеки, где он покупает полоски-индикаторы для глюкометра. На Ульяновском спуске мерзнем в ожидании подушки, которая переправит нас на другой берег. От речвокзала в Рождествено ехать до приюта в Торновом на машине минут 10-15. Везет нас дежурный по приюту Валерий.

На подъезде к дому встречаем одного из постояльцев, который неспешно тащит к дому бревно. На дрова.

Приют — небольшой деревянный домик, мало чем отличающийся от соседних построек. Женщин в приюте нет, волонтеры признались, что опасаются их селить вместе с мужчинами. Зато в доме есть кошки, которые греются на кровати у печки.

Дом двухкомнатный, но все трое постояльцев живут в одной комнате — с печью. Так теплее.

Первый — Сергей — в приюте со 2 декабря. Общаться он не особо расположен, да и фотографироваться не хочет. Сергею 50, о приюте ему рассказал знакомый, у которого он жил до этого, вместе они выпивали. Сергей говорит, что до приюта был в трехмесячном запое, а здесь завязал.

— Вы этому рады? — спрашиваю.

— Нет, — говорит Сергей.

— А почему не уходите тогда?

— Я говорю, я бухать бросил, а не пить, — объясняет он.

— Есть разница большая?

— Большая, — многозначительно кивает Сергей.

Уходить из приюта он не собирается, ждет, что летом будет работа.

Алексей значительно общительнее, с удовольствием рассказывает о себе.

— Остался я один практически. Родные все умерли — семья: мать, отец, брат. Жена брата не может со мной жить в одном доме, поэтому я пока не появляюсь там, — рассказывает он.

— У вас с ней плохие отношения?

— Не плохие. Она не справляется со мной. Я очень быстро выхожу из себя, потому что служба. Я служил в Чечне. Воспоминания после плена. Так что вспоминать больно-то не хочется. Особенно плен.

— Вы здесь давно?

— Неделю, наверное, уже. Две недели даже.

— До этого вы с супругой брата жили?

— Нет, я в больнице лежал — на Нагорной. Меня выписали оттуда, там место надо освобождать. Я там работал санитаром, операции помогал делать, — охотно рассказывает Алексей и продолжает. — Я инвалид детства считался — «волчий билет». Меня вообще могли в армию не взять, это шизофрения, по-простому если. А так я пишу иконы, картины, занимаюсь ювелирным делом, у меня бизнес свой, торговля. Так что деньги есть, просто не хочу сейчас этого ничего, устал.

Рассказывая про иконы, Алексей как бы показывает на окно, где я пытаюсь их увидеть, но почему-то взглядом ничего такого не обнаруживаю. Но вижу, как Даниил показывает мне, что пора закругляться в этой беседе.

Потом Даниил мне рассказал, что всему, о чем говорит Алексей, верить не стоит. По словам Даниила, точно можно сказать только то, что Алексей действительно был на лечении в психдиспансере на ул. Нагорной, и его оттуда выписали. Полицейские никаких нарушений за ним не обнаружили. Волонтеры нашли Алексея в подъезде и забрали в приют. В нем он живет три недели.

Пока общаюсь с жителями приюта, Даниил выясняет, что нужно постояльцам привезти в следующий раз, выясняет, не мерзнут ли они, оставляет еду, и мы отправляемся обратно в город. Все это мероприятие занимает не меньше половины дня.

Про доброту и «маленькие» подвиги

С учетом того, сколько времени уходит просто на доставку еды в приют, встает вопрос о том, когда волонтеры успевают заниматься своими делами и работают ли вообще эти люди. Залог успеха, как выяснилось — в разделении обязанностей и воздержании от попыток взвалить на себя слишком много. «Так можно быстро перегореть», — поясняет Даниил.

А потом понимаешь, что твои действия могут приносить людям радость и приходишь к выводу, что быть счастливым можно только тогда, когда ты являешься причиной счастья других

А в продолжение говорит, что, в принципе, волонтеры в большинстве своем люди уже самодостаточные, которые реализовались в профессиональной среде, семье. «Но им все равно чего-то не хватает. И на проекте они получают возможность высшей ментальной реализации — то есть, говоря проще, чувствуют себя полезными, и идут на такие, может быть и небольшие, но подвиги. Так и появляются наши проекты, — улыбается волонтер, а потом с грустью добавляет. — Когда видишь этих стариков с мокрыми от слез глазами из-за того, что им приходится ходить за бесплатной едой, ты просто хочешь им помочь. А потом понимаешь, что твои действия могут приносить людям радость и приходишь к выводу, что быть счастливым можно только тогда, когда ты являешься причиной счастья других. Мне просто хочется, чтобы в это вовлекалось больше людей, чтобы у нас не было бедных, чтобы у нас не было бездомных».

P. S. На Новый год к жителям приюта пришел «Дед Мороз» со сладостями от «Пищи жизни» и теплыми вещами. В роли «Деда Мороза» — бывший бездомный, а ныне водитель Валерий.

Как помочь

Если вы хотите помочь приюту, то можете это сделать множеством разных способов:— медикаментами;— продуктами;— вещами (особенно теплыми), обувью;— посудой;— продуктами;— книгами;— предметами личной гигиены и бытовой химии;— деньгами.

Информацию о том, куда можно перевести деньги или привезти вещи, продукты, вы можете найти в группе проекта «Билет в жизнь» в «ВК» (https://vk.com/bilet_v_zhizn). Если у вас есть вещи, которые вы готовы отдать в дар, но нет возможности их отвезти, вы можете связаться с волонтерами приюта, и они заберут их сами. Все номера телефонов есть в той же группе в «ВК».