В Уфе

Суверенитет как средство борьбы с однополярным миром. Международный слет силовиков в Уфе

В Уфе - Суверенитет как средство борьбы с однополярным миром. Международный слет силовиков в Уфе

Фото:
ТАСС

Хочешь успеть быстро — беги один, хочешь уйти далеко — двигайся вместе с другими. Эта африканская поговорка, приведенная делегатом из Уганды, хорошо отражает настрой участников десятой международной встречи высоких представителей, курирующих вопросы безопасности.
Традиционный ежегодный форум, созываемый Советом безопасности (СБ РФ) в разных российских городах, на этот раз состоялся в столице Башкортостана — Уфе. Красной нитью в дискуссиях проходила мысль о том, что в одиночку ни одной стране не решить взаимосвязанных проблем безопасности и устойчивого развития, что на современные угрозы и вызовы необходимо отвечать всем миром.

Встреча подтвердила, что Россия готова нести ответственность за создание подлинно демократичного и справедливого миропорядка. И что Москве есть на кого в этом опираться — причем вне зависимости от того, готов ли Запад также двигаться в этом направлении. Ее поддерживают не только традиционные друзья и партнеры, но и множество других государств, заинтересованных в укреплении своего суверенитета.
Без оглядки на Запад
На открытии конференции звучали приветственные послания президента России Владимира Путина и генерального секретаря ООН Антониу Гутерриша. В них подчеркивалась актуальность повестки дня уфимской встречи, посвященной прежде всего борьбе с гибридными и террористическими угрозами, преодолению последствий вооруженных конфликтов и гуманитарных катастроф, а также обеспечению информационной безопасности.
Открывал форум секретарь СБ Николай Патрушев, а с программной речью перед коллегами-силовиками выступил директор Службы внешней разведки РФ Сергей Нарышкин. Он предупредил, что если «гибридная война» станет нормой, то «даже небольшой провокации может оказаться достаточно для эскалации напряженности до неконтролируемой фазы и запуска общепланетарного кризиса».

Сейчас, по убеждению главы СВР, нужно «не играть в гибридные игры, … а вести диалог о путях совместного реформирования глобального миропорядка». Только окончательное оформление многополярной архитектуры, основанной на равноправном взаимодействии различных центров силы и интеграционных объединений, обеспечит процветание и безопасность для всех, сказал он.
И добавил: «Если так называемому коллективному Западу не хватает зрелости и мужества для того, чтобы стать на правильную сторону истории и идти в указанном направлении, остальным странам и народам придется проектировать глобальное будущее без него».
«Россия готова взять на себя такую ответственность, и совместно с нашими союзниками и друзьями по Шанхайской организации сотрудничества, группе государств БРИКС, Евразийскому экономическому сообществу, СНГ и ОДКБ мы будем двигаться по пути повышения коллективной безопасности как на пространстве Евразии, так и в глобальных масштабах», — подчеркнул руководитель российской внешней разведки.

Он уверен, что к этому процессу «все активнее станут подтягиваться и те здравые силы в западных странах, которые осознают стоящие перед мировым сообществом риски и элементарно заинтересованы в самосохранении».

Истоки терроризма и гибридных войн
Посол Шри-Ланки в России и делегат форума Даян Джаятиллека полагает, что выступление Нарышкина можно рассматривать как заочный ответ на недавнюю речь вице-президента США Майкла Пенса на выпускной церемонии в армейской академии США в Вест-Пойнте.

Та была выдержана в весьма воинственном тоне. Пенс заявил новоиспеченным лейтенантам, что им «практически наверняка» придется воевать: одним — в Афганистане и Ираке, другим — на Корейском полуострове или в АТР, третьим — «в Европе, где агрессивная Россия стремится силой изменить международные границы», а кому-то — «даже и в нашем [Западном] полушарии».
Ланкийский дипломат и сам фактически дал отпор Пенсу. Выступая в Уфе, он выразил уверенность в том, что «гибридная война — это та форма, которую приобрела в настоящий момент холодная война», что по сути это лишь разные названия одного и того же «продолжающегося глобального проекта».
Цель его, по убеждению Джаятиллеки, заключается в утверждении «однополярности и односторонности» в мировых делах, то есть в превращении всех стран в «младших партнеров, сателлитов или вассалов» единого центра либо «просто в их уничтожении».
Но сильное и дееспособное государство — это «главный оплот в борьбе против терроризма», — напомнил дипломат, чья страна пережила в апреле в Пасхальное воскресенье серию чудовищных терактов. Соответственно, по его убеждению, «распространение терроризма и гибридных войн» в наши дни — это прямое следствие того, что он именует «страноцидом»: систематического и целенаправленного разрушения государств приверженцами той же концепции» «однополярности». Единственным «исторически эффективным способом противодействия подобным тенденциям» посол считает создание «единого фронта» стран, объединяемых «общей заинтересованностью в защите государственного суверенитета, борьбе против терроризма и гибридных войн».

Без статистов
Конечно, на форуме в Уфе все с особым вниманием слушали и анализировали выступления руководителей силовых структур России и Китая, представителей таких горячих точек, как Сирия, Иран и Венесуэла. И они действительно того стоили — например, секретарь Высшего совета национальной безопасности Ирана Али Шамхани прямо обвинил США в проведении политики «экономического терроризма» и предложил создать постоянный международный механизм противодействия санкциям; как подтвердил позже Патрушев, идея была в принципе поддержана, и теперь предстоит ее детально осмыслить.
Но один знакомый иностранный посол мне однажды сказал: «Все-то вам, „великим державам“, мнится, будто только вы и заняты важными делами, а все остальные поглощены своими мелкими местечковыми заботами». На самом деле это, конечно, не так. И в Уфе я постоянно вспоминал это язвительное замечание — когда слушал ланкийского дипломата и многих других.
Например, до боли знакомо звучало то, как описывали представители Зимбабве, Руанды или Никарагуа усилия Запада по подготовке «смены режимов» в этих странах. Экономический нажим, информационные атаки, использование сетевых технологий и неправительственных организаций — все словно из одного учебника по организации «цветных революций».
Вообще, среди делегатов форума статистов не было. Я перевидал множество международных конференций, например, в МВФ, и, на первый взгляд, уфимская встреча отличалась от них разве что выставкой оружия и спецтехники в холле. Но потом все же пришло понимание того, что все эти мужчины в штатских костюмах, но с военной выправкой, — люди, понюхавшие пороху, отвечающие за спокойствие и безопасность своих стран и народов, привыкшие отдавать приказы и не тратить слов попусту.
Десять лет назад на первую такую же встречу в Сочи собрались 44 национальные делегации. В Уфе их было уже 119, причем 55 стран были представлены на уровне секретарей советов безопасности, советников по национальной безопасности, вице-премьеров и министров. Несколько стран, включая королевство Эсватини, прислали своих силовиков впервые.

Вообще, Африка была представлена предельно полно. И это вряд ли случайность — хотя бы потому, что в октябре в Сочи под совместным председательством лидеров России и Египта состоится первый в истории саммит «Россия — Африка». Патрушев общался в Уфе с африканскими коллегами, и те подтвердили, что их страны будут достойно представлены на саммите. Я тоже слышал об этом от делегатов — в частности, от посла Эритреи.
Самоизоляция Запада
Представители западных держав на форуме были малозаметны. Хотя полторы дюжины европейских стран прислали своих дипломатов, а от США даже прибыл впервые за последние годы сотрудник аппарата Совета национальной безопасности при Белом доме.
Поначалу его присутствие возбуждало интерес журналистов, но любопытство быстро иссякло, поскольку он старательно отмалчивался. Да и остальные его западные коллеги держались особняком и в основном были настроены «на прием» информации.
Под занавес встречи один из них мне откровенно сказал, что в их столицах давно идет дискуссия о том, следует ли вообще приезжать на подобные встречи. Сам он считает, что делать это надо — хотя бы для того, чтобы быть в курсе происходящего. Мне тоже не очень понятно, чем может быть полезна Западу добровольная самоизоляция.
Подчеркну — именно добровольная. Никто в Уфе, включая и Нарышкина, не призывал враждовать с Западом. Наоборот, все рады бы с ним сотрудничать, но только на условиях равноправия и взаимного уважения. А если и призывали ему противостоять, — то только для защиты своих законных интересов.

Кстати, помимо предложения Ирана создать механизм противодействия экономическим санкциям, прозвучала и еще одна интересная идея. Россия предложила выстроить новую экономическую модель оказания международной гуманитарной помощи — с тем, чтобы страны, инспирировавшие конфликты, несли первоочередную ответственность, в том числе и финансовую, за оказание помощи беженцам и вынужденным переселенцам.
Правда, это тоже, видимо, легче сказать, чем сделать. Но если получить политическую поддержку такому подходу, скажем, в ООН, это, видимо, само по себе немало.
«Нефть цифрового мира»
Кстати, есть хороший прецедент. В декабре прошлого года Генассамблея ООН подавляющим большинством голосов приняла российскую резолюцию о противодействии использованию информационно-коммуникационных технологий в преступных целях».
И теперь, как рассказал на встрече в Уфе спецпредставитель президента РФ по вопросам международного сотрудничества в области информационной безопасности Андрей Крутских, благодаря усилиям 120 стран мира появилась реальная возможность вывести на качественно новый уровень переговорный процесс по международной информационной безопасности в ООН.
Речь идет о создании и начале работы в Нью-Йорке по инициативе России профильной рабочей группы ООН открытого состава. Под ее эгидой «уже не отдельные эксперты, а сами государства совместными усилиями могут решать вопросы глобальной и собственной информационной безопасности», — подчеркнул специалист.

Между прочим, на тематическом «круглом столе» в Уфе французский дипломат доказывал, что милитаризация киберпространства — свершившийся факт и назад дороги нет. Крутских разгромил этот подход в пух и прах, ссылаясь на опыт контроля над химическим, бактериологическим и ядерным оружием.
Позже француз мне пояснил свою позицию. Суть, по его словам, в том, что «киберпространство стало ареной боевых действий и должно соответствующим образом регулироваться за счет полного применения Устава ООН и права вооруженных конфликтов».
«Государствам и частным структурам следует ответственно вести себя в киберсреде; правила поведения следует не только устанавливать, но и соблюдать», — указал он, добавив, что именно в этом смысл прошлогоднего Парижского призыва президента Франции Эмманюэля Макрона к доверию и безопасности в киберпространстве. Но, насколько мне известно, Россия ровно это и предлагает своим партнерам, включая ЕС и США.
Да и вообще, наведение порядка и обеспечение безопасности в киберпространстве — это общий императив. Филиппинский делегат подчеркивал, что «в рамках четвертой промышленной революции данные стали самым ценным мировым ресурсом», за который борются и страны, и преступные синдикаты. «Данные — это нефть цифрового мира», — афористично отчеканил он.
Уфа — это пролог
Все без исключения участники форума, с которыми я беседовал, подчеркивали, что ценность подобных встреч в значительной мере обусловлена налаживанием личных контактов, сверкой позиций, согласованием планов на будущее.

Секретарь Совета безопасности одной из постсоветских стран сказал мне, что договорился в Уфе о трех-четырех важных визитах, которых иначе пришлось бы, возможно, дожидаться годами. На шестисторонней встрече по Афганистану было достигнуто понимание, что переговоры по ситуации в этой стране в расширенном формате на уровне глав Совбезов и советников по национальной безопасности могут состояться в октябре в Тегеране.
Патрушев на итоговой встрече с прессой говорил, что руководство аппарата СБ РФ провело в Уфе более 80 двусторонних встреч. Насколько мне известно, почти в 60 из них он участвовал лично. Еще около 40 встреч провели другие члены российской межведомственной делегации.
Уже 24–25 июня в Иерусалиме должна состояться беспрецедентная встреча руководителей аппаратов Советов безопасности России, США и Израиля. Сроки мне первыми подтвердили в Уфе инициаторы контакта — израильтяне. Патрушев позже уточнил, что члены тройки планируют пообщаться и все вместе, и по отдельности — в двустороннем формате — друг с другом.
Напоследок не могу не сказать, что мне чрезвычайно понравилось в Уфе. Город показался очень свежим, чистым, уютным, соразмерным человеку. Благодарен организаторам форума за это открытие и надеюсь, что они и дальше будут знакомить своих гостей с разными уголками нашей великой России.

Вас также может заинтересовать...